Про белый

Со времён ранних примитивных декоративных изображений картина всё больше и больше стремилась предстать перед зрителем как окно в реальный мир. Для этой иллюзии, для убедительного построения пространства и объема художник использовал разные средства. Использование так называемой широкой тоновой шкалы было тем самым средством. При этом максимально белый цвет, цвет основы или чистая белая краска были необходимы. И если в графических техниках это считалось само собой разумеющимся, то в станковой живописи требовало особого подхода. Белый мог разрушить цельность картины, стать неприятным диссонансом без продуманной поддержки. Решить эти проблемы было под силу далеко не всем, многие художники во избежание трудностей выбирали «золотую середину» - невнятную, серую зону.

Но уже к середине 19 века с развитием фотографии картина, достигнув убедительной иллюзии, стала трансформироваться в обратную сторону. У живописцев новой формации - импрессионистов, фовистов, лучистов, супрематистов - белому была отведена новая, особая роль. Эксперименты в области цвета привели к тому, что разбел стал новой системой координат и началом отсчёта; белый снова стал той архаичной первоосновой, символом, знаком. "Белое на белом", "белее белого", "белое не белым" - задачи формулируются по-разному, но такие упражнения "вокруг белого" можно найти в творчестве почти каждого современного художника.

Сейчас кажется очевидным, что картина независимо от жанра и стиля без единого белого мазка покажется вялой, "безударной", заведомо проиграет в эффекте, иллюзии и в образе, в конечном итоге.

Кураторы предложили зрителю понаблюдать за изменением значения белого цвета в картине, за эволюцией его роли и функции в композиционной структуре произведения от нюанса до акцента, от уплощающего до формообразующего элемента, торжественного/парадного или траурного, эфемерного/образного или материального.

Выставка может быть интересна зрителям всех возрастов. Посещение детей – в сопровождении старших.